Пробуждение пришло внезапно, словно вспышка света в кромешной тьме. Сознание цеплялось за обрывки мыслей, не в силах собрать их воедино. Он лежал на холодной поверхности, ощущая под спиной лёгкую вибрацию работающих механизмов. Глаза медленно привыкали к приглушённому свету кабины.
Мужчина поднялся, опираясь на поручень. Взгляд скользнул по панелям управления, знакомым и чужим одновременно. Имя пришло первым — Райленд. Райленд Грейс. Остальное оставалось пустотой. Зачем он здесь? Где остальные?
Обход корабля занял несколько часов. Пустые каюты, немые терминалы, тишина, нарушаемая лишь гулом систем жизнеобеспечения. В журнале миссии нашлись обрывочные записи: Земля, катастрофа, система Тау Кита. Последняя надежда. Имена членов экипажа, включая его собственное. Никаких следов других людей.
Одиночество накрыло тяжёлым покрывалом. Но паника оказалась роскошью, которую он не мог себе позволить. Руки сами потянулись к диагностическим панелям. Знания возвращались фрагментами — формулы, схемы, принципы работы оборудования. Мозг, лишённый воспоминаний о себе, хранил чёткие инструкции по выживанию.
Дни слились в череду расчётов, проверок и мелкого ремонта. Корабль стал его миром, а миссия — единственной целью. Он учился доверять интуиции, находить решения там, где логика давала сбой. Воля, закалённая в неизвестности, превращала отчаяние в упрямую решимость.
И всё же иногда ему казалось, что тишина корабля не совсем пуста. Мигание индикатора в неожиданный момент. Едва уловимый звук, непохожий на привычные шумы. Возможно, это были просто галлюцинации уставшего разума. А возможно — намёк на то, что в этой ледяной пустоте он не совсем один.
